Чему я научилась благодаря отношениям и сексу

Короткая история 9 отношений, в которых авторка познает себя
841 16.08.18 15:01
Иллюстрация
Иллюстрация / Katie Carey

Исследуя свою сексуальность и анализируя отношения с партнер_ками, мы приближаемся к настоящим себе и четче понимаем свои желания. Update перевел статью квир-блоггерки Синклер Смит, пишущей о доминировании, сексе и отношениях.


Ф., моя первая девушка. Мы по очереди надеваем страпон. Мы обе постепенно осваиваемся со все более и более маскулинной идентичностью, но мы не говорим о гендере. Мы по очереди бываем сверху. (По крайней мере, мне так кажется — я жду своей очереди оказаться сверху и терплю, находясь снизу). Я страшно хочу все исследовать, охотно соглашаюсь со всеми ее желаниями, задаю вопросы и предлагаю то, что хочу попробовать.

Я не помню, кому первой пришло в голову попробовать фистинг, но я помню, как впервые чувствовала себя настолько наполненной и как ее глаза блестели от восхищения. "Вот, — подумала я, — вот этого я хочу".

Наши отношения научили меня искать кого-то с обожанием во взгляде. Я узнала, что я хотела главенствовать большую часть времени, если не постоянно.

Д., моя первая влюбленность в девушку. Я начала понимать, что такое радикальная женственность и идентичность "фем", будучи лучшей подругой Д., и быстро влюбилась в нее. Мы флиртовали, обнимались и целовались, когда играли в "бутылочку", а однажды спали в одной постели. Я до сих пор помню запах ее шампуня и то, как ее кожа краснела в летнюю жару. Я следовала за ней повсюду, словно утенок за матерью. И я рано выложила все карты.

Она знала, что может получить меня, как только захочет. Мне все время было мало соприкосновения между нами — между моей формирующейся буч-идентичностью и ее отчаянной силой.

Наши отношения укрепили мое желание найти кого-то, кто определяла бы себя как женственную нижнюю, и мою уверенность в том, что я хочу называть себя верхней буч.

М., моя девушка в университетские годы. Я думала, что она была именно той: нижняя фем для верхней буч. Я думала, что ей хотелось тех же игр, что и мне: связывание, плетки, лед, воск — чувственная игра в безопасный БДСМ любопытства ради. Она была так увлечена. У нее были большие планы. Она хотела все попробовать, но от всего уклонялась.

ЧИТАЙТЕ: Мозг и БДСМ: Почему шлепки и связывание приносят кайф

Мы перестали заниматься сексом всего через два года, но еще два года оставались вместе. Она много говорила о смене пола. Она фантазировала о геях. Я думала, что сделала правильный выбор, но, видимо, я неправильно ее поняла. Я все еще искала нижнюю фем, я все еще страстно хотела проявить сущность верхней буч, которая, я знала, была во мне.

К., мой короткий роман. Мы быстро погрузились с головой, а все знают, как это заканчивается: взрывом. Но все-таки это был лучший секс в моей жизни, и я, наконец, смогла быть верхней буч рядом с нижней фем. Это было все, чего я хотела, и даже больше. "Да, — подумала я. — Вот чего я хочу".

Было так трудно отпустить ее, потому что это было то, что, как мне казалось, я так давно хотела и искала. Но во многих других аспектах мы были несовместимы. Я научилась доверять тревожным звоночкам.

Я научилась слушать своих друзей. Я научилась определять себя как "стоун" вместо "верхней", потому что не все определяют себя как нижних, но понимают, что получат от стоун-буч.

Р., моя игривая партнерка. Она тоже многому меня научила в сексе. Очень женственная и одаренная, с острым, как бритва, умом, она отлично знала, чего ей хочется. Она не боялась говорить. Она не боялась просить больше. Она стремилась лучше узнать мое тело и свое собственное. Мы с ней учились в одной сангхе (буддийская община – прим. пер.). Но она хотела менять роли чаще, чем я. И она не хотела так много игр со страпоном, как я.

Я узнала, что предпочитаю надевать страпон девять раз из десяти, и я редко хотела, чтобы ко мне прикасались.

Я узнала, что, находясь сверху, не хочу просто обслуживать партнершу: хотя мне нравилось фокусироваться на ее удовольствии, мне хотелось большего. Я хотела главенствовать на более продвинутом уровне.

Т., моя лучшая подруга и объект сильной влюбленности. Я пыталась удерживать границы, когда она встречалась с другими, когда я встречалась с другими, когда мы обе были в отношениях, но нас явно тянуло друг к дружке. Наша дружба была романом, и мы ухаживали, как любая другая пара.

Поздние завтраки, вино, еда на вынос и разговоры до поздней ночи, пока не пришлось вызывать такси, чтобы попасть домой, потому что метро уже не работало. Желание, желание, желание.

Я думала, у нас все получится, если я подожду. Не получилось. Я научилась не привязываться к подругам романтически, потому что такие привязанности сложно снова превратить в дружбу, и они часто заканчиваются потерей подруг.

Я узнала, что мне была нужна не просто нижняя фем, но фем-сабмиссив — девочка-фем для папочки-буча. Я узнала, что есть фем, которым так же нравится "принимать" секс со страпоном, как мне — "давать".

С., моя девочка. До С. я не была доминанткой, я была верхней. Рядом с С. я стала доминанткой и по-настоящему освоилась с ролью "папочки". На первом свидании я сказала ей, что я стоун, но мы постепенно разбирались с этой темой и усложняли ее, пока мы не поняли, что я могу говорить ей, как ко мне прикасаться, и это все еще будет частью подчинения. Я подарила ей ошейник.

Я думала, что мы могли бы остаться вместе навсегда. Я хотела разделить с ней все. Я думала, что мы "едем в лифте", постепенно повышая степень доверия и приближаясь к абсолютному обмену энергией, где она отдалась бы мне полностью. И хотя она довольно долго так и вела себя, ей это не подходило. Мне не приходило в голову, что наше взаимодействие перестанет углубляться.

Благодаря нашим отношениям я поняла, как далеко мне хочется зайти — мне было мало игр в спальне, жизненных правил, я хотела полного подчинения. Я жаждала такой власти, которая затрагивала бы все аспекты жизни моей партнерши.

Н., моя огненная чертовка. Крохотный роман и глубокая дружба. Вино и разговоры до поздней ночи, и она употребила слово "папочка" в наших играх так, будто мы всегда им пользовались, и я прослезилась от узнавания. Даже если я не была ее папочкой, я была папочкой, это было глубоко во мне. Я узнала, что моя страсть живет глубоко, и я все еще могу ухаживать, принимать ухаживания, флиртовать, поддаваться соблазну.

Я узнала, что для меня возможна и ни к чему не обязывающая короткая игра, хотя она и близко не приносит такого удовлетворения, как полноценное долгосрочное подчинение.

P., мальчик, с которым я собираюсь пожениться, которого я собираюсь беречь и баловать столько, сколько получится. Хорошо бы кто-то раньше сказал мне, что все это время я искала власти. Хотя я не была готова это услышать. Пока не пришел Р. Пока мы не выяснили это сами, с нуля. Мы прочли много-много книг вместе, пытаясь выяснить, что за безымянные желания всегда жили в нас.

Благодаря нашим отношениям я узнала, что есть разрыв между тем, что я хочу контролировать, и тем, что я могу контролировать.

Благодаря нашим отношениям я узнала, что мне все еще нужно усвоить и развить способность оставаться в настоящем, а не жить в прошлом. Я узнала, что я цепляюсь за травмы, я привязываюсь к событиям, людям и местам, мне очень трудно отпускать.

Я узнала, что как только у меня появляется план, любые отступления от него меня раздражают. Я столько узнала о себе, пока узнавала его.

Каждый человек, с которым мне довелось быть, каждый человек, который впускал меня далеко в свой личный, внутренний мир, чему-то научил меня. Я узнала больше о том, кто я, и каждый раз лучше понимала, какого партнера я ищу. Иногда дело было в общении, иногда — в эмоциональной совместимости, иногда — в гендере и власти. Все эти знания в совокупности привели меня к Р.

Я никогда бы не поняла, что именно его я искала, но когда я увидела его, я знала. Рядом с ним я могу быть лучшей версией меня, и он помогает мне становиться еще лучше, еще искреннее, еще ярче.

* Все детали немного изменены и переставлены для сохранения большей анонимности.

Источник: Autostraddle.сom
Иллюстрация
Наталья Балабанцева
Люблю квир-теорию, феминизм и переводы

Рекомендуем

follow follow